Дмитрий Сергеевич (axshavan) wrote,
Дмитрий Сергеевич
axshavan

  • Location:
  • Mood:

Северная Карелия - 2009. Часть 1

Путевые заметки о небольшой, но великой экспедиции в северную Карелию, свершённой в лето две тысячи девятое от Рождества Христова.


Перепечатываются автором практически без купюр из маленькой зелёной книжечки, куда он записывал всё или почти всё, что с ним приключалось с 19 июля по 6 августа 2009 года во время путешествия по северной части славной республики Карелия.

Состав экипажа


Катамаран «СП-4»
Сергей Борисович — капитан-командор, shout-bij-nacht;
Е.С. Самсонов — легендарный завхоз;
Игорь Саныч — камермейстер (у него камера);
КГМШ — человек с четырьмя инициалами, почётный боцман.
Катамаран «Орлица»
Юрий Иванович, он же Ереваныч — капитан;
Коля — вице-капитан;
Я — старший юнга;
Феликс — юнга;
Сирожа — юнга.

19 июля. День минус первый. Сборы.


С утра обнаружилась досадная неприятность. Чеснок на балконе заплесневел. Я не стал его перебирать и выбросил весь пакет. Сто рублей за килограмм, сука. Пошёл в «Квартал» и купил там ещё килограмм чеснока вдвое дешевле, чем на рынке.
11:50 Блять, я не знаю, как всё умять в свой рюкзак на 140 литров. Что-то придётся приторачивать снаружи, например, спасжилет. Всё, убираю книжку.

20 июля. День нулевой. Поезд.


С утра (с раннего утра, ещё на Ленинградском вокзале) лопнула пластмассовая фигнюшка у рюкзака. Как раз одна из самых важных — типа карабинчика, который закрепляет стропу лямки. Короче, пластмасса фуфловая плюс я ещё слишком дофига нагрузил. Приладил запасную стропу, держится нормально, я думаю, выдержит до конца похода. Поверхностный осмотр показал, что такая же пластмассовая фиговина у второй лямки тоже лопнула, но стропа из неё пока не выскакивала. Вот теперь я в раздумьях — купить новый рюкзак (блин, где я возьму ещё такой же на 140 литров), новую подвеску (интересно, где можно купить новатуровскую подвеску ABS отдельно) или тупо забить и как-нибудь починить, приладив стропы и карабинчики.

В поезде мы с Сирожей дежурим. Пьём. Сергей Борисович с утра не переставая держит слово; он замечательный рассказчик.
Около 10:45 прибыли в Санкт-Петербург на Ладожский вокзал.
Играем в животных. Штрафные очки: я — 1, Сирожа с Колей — 1. потом состав команд начал меняться и подсчёт очков стало вести затруднительно.

Где-то когда добрались до буквы П, стали обедать. После обеда я часик вздремнул, а сидящие на боковых местах туристы подумали, что я бухой в говно. Неправда, мы же выпили совсем немного.
Сидящие на боковых местах туристы производят двоякое впечатление. Первое впечатление — турьё. Потом, как я проснулся и слушал их разговоры, я понял, что они туристы опытные. Уж точно гораздо опытнее меня. Но всё равно турьё. Пройдёт некоторое время, и я буду тоже туристом опытным, но подобным турьём буду вряд ли. Не могу точно охарактеризовать те признаки, которые мне в них не нравятся, но постараюсь в себе такие признаки изживать и не допускать их появления.
16:30 Отъезжаем из Свири. Смска с мегафоновского котласского номера не дошла. Пришлось отправлять смс с московского МТС.
17:05 Немного о едущем с нами по соседству (на боковушках) турье. Два парня и две девушки. Много пьют. Одна девушка ходит по вагону в шортах-трусах таких, в которых и я жену в подъезд мусор выносить не выпущу. Я с интересом наблюдал, как она в этих шортах залезает спать на верхнюю полку, а Сирожа мне мешал и обещал всё рассказать Ленке.
Муж этой барышни сегодня ночью два раза падал пьяный с нижней полки в проход. По сирожыному прогнозу, сегодня он опять будет ночью спать в проходе. Мы обсуждали, поднимать его ночью, когда будем выходить в Чупе, или перешагивать. Расфантазировались о том, что будет, если Коля на него нечаянно наступит.

18:30 Петрозаводск. Фотографировались на перроне. Наше соседское турьё спит уже. Возможно, этот товарищ будет лежать на полу, не дожидаясь ночи. Кружки и стаканы свои они оставили на полу, все проходящие о них спотыкаются и пинают. Скоро отпинают куда-нибудь в туалет. Вот что делает алкоголь. Турьё, блин.
20:05 Проехали Кондопогу. Попересобирали рюкзаки; на всякий случай я достал свитер.

Наш поддатый товарищ (на самом деле он вовсе не наш товарищ, это такое образное выражение — прим.авт.), едущий на боковушке, всё норовит упасть в проход. Даже Сергей Борисович заметил нетуристское его поведение и нетуристское поведение его группы. Жена этого норовящего упасть господина некоторое время пыталась упихать его ближе к стене, позволив некоторое время нам с Сирожей любоваться её тощим загорелым задом, торчащим из шорт.

Не могу отправить жене смс с котласского мегафона, МТС не ловит. И Мегафон, и МТС — дерьмо!
21:40 Стоим в Медвежьей горе. На улице гомон голосов, кричат чайки, в вагоне, напротив, тишина.
Неоднократные попытки отправить Ленке смс с котласского мегафона не увенчались успехом. Придётся слать ей с МТС-овской симки или с сирожиной (я с ним говорил, он не против).
Едущее на боковушках рядом с нами турьё не перестаёт меня удивлять. Только этот господин проснулся от пьяного сна и вышел на улицу, как его товарищи немедленно купили две баклашки «Клинского».

21 июля. Утро. Стапель.


Проснулись в поезде. Сосед лежит на полке, видимо, не успел упасть. Вылезали на станции Чупа. Местные жители любезно согласились нас довезти до Тикшеозера всего за 10000 рублей. Но зато на двух машинах, так как в одну мы не влезали. Шёл дождь.

Ехали мы два часа. За это время дождь закончился, но всё осталось мокрым. Пока ехали, я то боялся, что фотоаппарат треснется об стену, то меня жёг через стенку двигатель, то меня укачивало. И потом по-новой. Ехали в «буханке»-уазике, вторая машина — газель грузовая.
Телефоны водителей:
+7 921 527 47 10 Сергей,
+7 921 469 07 33 Геннадий,
+7 921 466 29 42 Александр.
Высадились чуть южнее губы Степановой, по словам Сергея Борисовича; в точке с координатами 66,299° N 32,117° E. Ходили по лесу, рубили раму и вёсла, надували баллоны. Сборка катамарана называется модным словом «стапель». Позавтракали в 11:04.

Отплыли около шести часов. Байдарочники, расположившиеся неподалёку и намеревавшиеся выйти в три, вышли после нас, но нас обогнали. У катамарана Сергея Борисовича травят левый и правый баллоны. Этот катамаран называется СП-4, а наш по той же классификации — СП-1. Экипаж катамарана СП-4 собирался очень долго.

После обеда пошёл дождь. То есть отплывали мы уже под ним. Не ливень, конечно, но почти. Вымокли все насквозь. Высадились на острове посреди Тикшеозера и встали лагерем. Коля проявил чудеса храбрости и героизма и искупался голышом (Феликс тоже), а я его сфотографировал. Поэтому он отказывается сообщать координаты лагеря, а GPS-навигатора нет больше ни у кого.
Потом Коля меня простил и сообщает координаты: 66,2995° N 32,0309° E.


Тикшеозеро

22:17 По случаю крайне дождливого дня мы сегодня вечером выпили примерно в 3,5 раза больше нормы. Хохотали весь вечер. Дождь похрен, всё хорошо. Калган — отличный напиток!
22:25 В палатку приполз Сергей Борисович. Оценил обстановку и принялся готовиться ко сну.
— Самсонов! — кричит Сергей Борисович, — ядрить твою копалку!
Пришёл спать легендарный Самсонов. Спокойной ночи.

22 июля. День второй.


Дождь шёл всю ночь, под утро закончился. Барометр КГМШ показал 12,7° C и пообещал хорошую солнечную погоду. По поводу погоды он ошибся. Пасмурно, хмуро. На юге на горизонте что-то светлое виднеется, но это, скорее всего, не полноценный предвестник хорошей погоды. Пейзаж озера Тикшеозера, равно как и всех других озёр, можно описать псевдографикой.
    ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^
 ^^^^^^^              ^^^^^^^         ^^^^^
^       ^         ^^^^        ^^^   ^^      ^
---------------------------------------------

Эти символы означают, соответственно, уровень воды и лесистые острова. В бездождливую погоду, конечно, это выглядит получше. У меня с утра очень болит правое плечо и заложен нос. После умывания в озере дыхание в обеих ноздрях прорезалось. Готовимся к завтраку.


Тикшеозеро

10:30 С Сирожей совершили небольшую экспедицию вглубь острова. Поднялись на горку, я залез на валун, но всё равно телефон не подцепил связь.
Небо немного прояснилось, стало периодически сквозь сплошную сероту светить солнце. Я развесил и разложил сушить всё, что было мокрое и что я на себя не надел. Подул более-менее свежий приятный ветерок, который сдувает комаров и сушит мокрую одежду. Температура поднялась градусов до 16 по Цельсию. Коля купался. Давление 746 мм.рт.ст.

Чуть позже я обнаружил, что потерял свою сим-карту от московского МТС. Обидно. Поискал её по карманам и в палатке, нет нигде. Проку пока от неё нет — всё равно даже Мегафон не ловит, но всё же. Очень переживаю из-за того, что Ленка переживает из-за того, что не выхожу на связь. Надеюсь, она понимает, что в мире ещё есть места, не охваченные мобильной связью.

Совершил небольшую пешую прогулку. Сначала шёл вдоль берега до того места, где к воде выходит гряда. Там я помочился и пошёл по гряде вглубь острова. Фотографировал. Вышел к тому месту, где мог потерять сим-карту. Поискал её на валуне, где ловил сеть, и вокруг немного. Нашёл какие-то инопланетные трубочки. На обратном пути к лагерю, пробираясь по мокрым зарослям багульника, опять весь по пояс вымок. Ветер усилился и стал холодным, солнце больше не высовывается.


Инопланетные трубочки

В четвёртом часу вечера мы были готовы к отплытию. Наш катамаран выплыл в пролив между островами и лёг в дрейф; мы ждали второй катамаран (СП-4). Они минут двадцать копались на берегу, как выяснилось потом — травил клапан правого баллона. Южный или даже юго-восточный ветер сносил нас на север.
Выплыли. Второй катамаран нас догнал, и мы пошли бок о бок. Я снял свитер и штормовку, которые надел утром. Внезапно ветер изменил направление на северо-западное и буквально в мгновение ока — в течение 15-20 минут — пригнал тяжёлые облака. Пошёл дождь. Все надели дождевики, клапан продолжал травить, но мы продолжали свой путь на северо-запад, к озеру Кукас.
Дождь усилился. Зарядил такой ливнище, что пробил водонепроницаемую материю моего рюкзака. Сильный ветер задувал мне воду под дождевик, и по ставшим вмиг мокрым штанам вода стекала в сапоги. Мы причалили к небольшому и, скорее всего, безымянному островку. Сверкала молния и гремел гром; гроза была прямо над нами. Молния сверкала всего раза четыре, ну, может, пять, но это было очень эффектно.
— Хрен с ним, с Кукасом, — сказал Сергей Борисович, — разворачиваемся и плывём назад. Клапан ещё тут этот травит.
Минут через пять дождь закончился и выглянуло солнце. Мы поплыли назад, на юго-восток. Но не доплыли до места своей утренней стоянки, а высадились на небольшом островке. Островок продувается ветром и порос прозрачным бором без подлеска. Кругом брусника и волчья ягода, кое-где багульник. Ставить палатки одно удовольствие. Так как погода стала внезапно замечательной, я постирал бельё и искупался; купались и некоторые другие члены экспедиции. Так как вся обувь у меня сырая, я хожу по острову босиком.

Было принято решение назвать тот крохотный островок, послуживший нам пристанищем на время бури, Кукасом. Таким образом, хоть мы и развернулись назад (и вряд ли будем пробиваться на север), но до Кукаса всё равно, получается, дошли. Клапан правого баллона на катамаране Сергея Борисовича травить перестал.
66,2825° N 32,0254° E — вот координаты райского островка, на котором мы встали лагерем.

Вечер.


За ужином приняли норму (100 гр.) калгана. Молодёжь разбрелась по островку. Он всего-то в диаметре метров 250, не больше. Мы с Сирожей ушли на западную его оконечность и немного пофотографировались. Погода периодически норовила поменяться и пролиться дождём, но так и не удосужилась, к счастью. Светит солнышко, на ярко-голубом небе редкие облачка. Судя по уровню солнца над горизонтом, сейчас ну часов пять-шесть. Сколько на самом деле — не знаю, так как часов в поход не брал, но часов девять примерно.
Мы с Сирожей прозвали этот островок Отличным. Сушим вещи. Мне нравится запах вереска.


Остров Отличный


Остров Отличный

21:50 Мы поставили палатку всё же не на идеально горизонтальную поверхность, а на поверхность, имеющую некоторый уклон. Мы с Сирожей спорим о том, куда ложиться спать головой. Сирожа конформист и упрямец, поэтому лёг ко входу ногами, но вниз головой. Особо с ним спорить я не стал, поэтому мне тоже придётся лечь так же.

23 июля. День третий.


Сегодня день рождения Ленки. Связи пока нет, как поздравить — пока не знаю. Но поздравить, безусловно, надо будет.
День сегодня начался довольно удачно. Начался он в первом часу ночи, когда я вставал поссать. Солнце ярко светило над горизонтом на севере. Утром мы с Сирожей проснулись около половины восьмого, когда вставали Сергей Борисович и легендарный Самсонов (мы с ними вчетвером живём в палатке. Сергей Борисович пытался вчера вечером перебраться в палатку к КГМШ и Игорю Санычу, но передумал).
Вчера вечером я нечаянно нашёл сим-карту московского МТС. Когда я вынимал ногу из ботинка, она оказалась прилипшей к стопе. Воистину необычайная находка.

Остров действительно отличный, но у него есть один-единственный минус: в силу его размеров и ландшафта на нём сложно найти местечко для уединения. Проще говоря, посрать так, чтоб не было видно из лагеря.

Перед отплытием мы с Колей искупались. Погода хорошая, светит солнце. Давление 752 мм.рт.ст. Плывём голые по пояс, загораем. В 11:20 остановились на перессык на каком-то острове. Через пару десятков метров остановились у этого же берега, чтоб немного спустить баллоны — воздух внутри нагрелся и давление повысилось. В 11:30 следовавший впереди катамаран СП-4 свернул резко влево и высадился в замечательной песчаной бухточке. Мы высадились следом.
Кажется, у СП-4 опять проблемы с клапаном. Решили искупаться. И искупались. Давление 754 мм.рт.ст.

13:03 Встали на перекус в точке с пока ещё неизвестными координатами. По свидетельствам очевидцев, в лесу нет пока ни ягод, ни грибов, но черника местами чёрная, местами зелёная (в смысле ягоды), но местами чёрной не обнаружено.
Очень переживаю из-за того, что не могу дозвониться до дома и поздравить Ленку с днём рождения. Она третий день не получает от меня известий и, наверное, беспокоится. Сижу в мокрых кедах.
Коля ленится сообщать координаты. Ну и ладно. Мы расположились на кончике мыса, я в этом уверен. Ходил в лес, поднялся на гору, залез на ель. Но Мегафон и там не поймал сеть.
Шпарит солнце. На перекусе всех разморило. Я скакал по берегу в одних штанах, закатанных по колено, и все открытые части тела, кажется, обгорели на солнце.


Тикшеозеро

Примерно в 16:20 встали окончательным лагерем. Место, честно говоря, не ахти. Материковая карельская тайга. Много комаров, мошки, слепни, оводов; очень сложно найти место для палатки, так как кругом валуны и деревья растут очень близко друг от друга. Очень много муравейников и, соответственно, муравьёв. Здоровенные такие, чёрно-красные. Метрах в двухстах есть замечательнейший пляж. Это, кажется, единственный плюс этого места. А, в чаще леса неподалёку стоит жилой дом, но сейчас там никого нет. Отвратительно. Если мне не будет лень, я тут всё сфотографирую, но на солнце меня так разморило, что меня Сирожа едва уговорил сходить на пляж искупаться.


Дом

В этом в целом малоприятном месте Мегафон словил две палки. В смысле поймал сеть на две градации из пяти по уровню сигнала. Я поговорил с Ленкой, поздравил её с днём рождения, передал всем приветы. У них всё хорошо, ходили в зоопарк. Сразу же все (Сирожа и Коля) схватили свои телефоны и принялись связываться с большой землёй. Всё, я больше не беспокоюсь, побежал фотографировать.
66,2214° N 32,0357°E — координаты нашей теперешней стоянки.

За ужином отмечали день рождения моей жены. Сирожа нечаянно пихнул локтем мою тарелку (пюре с тушёнкой, ммм...) и опрокинул мне её на штаны. Чуть позже КГМШ повторил мой подвиг, опрокинув свою порцию на штаны себе (а может, ему помог Игорь Саныч). Выпили вдевятером два литра — литр водки и литр настойки на золотом корне (там по ощущениям побольше 40 градусов было, хотя Сирожа уверяет, что было градусов 30, и то на прямом солнце. Походу, он не в теме, о каких градусах я пишу, но было действительно жарко весь день).
Спорили о политике (до хрипоты. Самсонов, даром что легендарный, даже один раз сказал слово «хуй») и обо всём прочем. Обычные пьяные разговоры о том, кому на Руси жить хорошо.
Ложимся спать. Я сплю на бугре. Пойду поссать и баиньки. Спокойной ночи.

Напьются все и дразнятся, гады.

24 июля. День четвёртый.


На полу палатки у меня в районе лопаток был бугор. Всю ночь я спал то на нём, то вокруг него, вертелся, постоянно просыпался, и не выспался.
Очень много комаров. Достали, кусачие твари! Утром проснулся и мне показалось, что моросит дождь. Нет, это комары, залетевшие под тент, стучались об него. Сейчас вот сижу пишу, а вокруг меня вьётся несколько десятков комаров, наполняя воздух своим мерзким писком.

Мы с Сирожей дежурим. Встали в 6:45. Температура воздуха была 11,7° C. Приготовили на завтрак овсяную кашу. После завтрака сходили умылись; и на берегу я наблюдал, как муравьи завалили шмеля. Они хватали его за ноги, не давая улететь. Залезали на спину, наваливались, как волки на медведя. Шмель отчаянно сопротивлялся и пытался уползти. Сначала перестало работать одно крыло, затем второе, перестали слушаться ноги. Дальше смотреть было неинтересно. Я хотел помочиться им на муравейник, но струйкой не дострелил, а ближе подойти забоялся; там у муравьёв были какие-то подсобные постройки.
Данные метеорологических наблюдений. Температура 14,4° C, давление 754 мм.рт.ст., влажность 80%. Датский барометр КГМШ прогнозирует дождь. Время 9:54 утра. Ярко светит солнце.


Тикшеозеро

12:00 Солнце шпарит нещадно. В куртке жарко, стоит снять — страдают обгоревшие руки и очень кусают комары.
Место очень красивое, хоть и мерзкое. Мы с Сирожей ходили по берегу фотографировались. Видели утёнка.


Сирожа


Тикшеозеро


Тикшеозеро

Волок Тикшеозеро-Аштахма


Около 15 часов дня мы причалили к небольшому пляжику на южном берегу озера Тикшеозера. Песок пляжика обладал необычными свойствами: он прогибался и просаживался под ногами, как трясина. Берег был усеян обломками деревьев, всякими корягами, до белизны обесцвеченными солнцем и водой. Берег являл собою болото, поросшене густым березняком и всякими кустами. Рядом с пляжиком в Тикшеозеро впадал ручеёк. Он вытекал из озера, расположенного в болоте южнее. Сточный ручей болот, так сказать. Вода в нём была торфяная, коричневая. Он вытекал очень мощной струёй, и песчаные наносы, оставленные им, вытягивались метров на двадцать от берега. Это очень живописное место с довольно необычным пейзажем. К сожалению, я ни одного снимка не сделал, так как Сергей Борисович скомандовал отвязывать вещи от катамаранов, брать рюкзаки и идти за ним.
От этого пляжика до северной оконечности озера Аштахма примерно 2300 метров. С учётом возможного виляния тропинки, пусть будет 2500 метров. Они превратились для меня в сущий Ад. Между озёрами три больших болотистых участка, разделённых двумя перелесками (моренными грядами). По болоту настланы гати.
Гати — изощрённый пыточный механизм оригинальной конструкции, предназначенный для облегчения перемещения по болотистым и труднопроходимым участкам.
Пекло солнце. От болота поднимался душный знойный воздух. А, и ещё:
ЁБАНЫЕ КРОВОСОСУЩИЕ ЛЕТАЮЩИЕ ПАРАЗИТЫ НА ХУЙ!!!
Там, где гати были сложены из поперечных брёвен или хотя бы продольных досок, ещё шлось нормально. А вот где они были сложены из продольных брёвен, там было плохо. Брёвна были осклизлые, и у меня соскользнула нога и по колено провалилась между брёвен. Я попытался вытащить её, но сапог хорошо застрял в трясине. А я, значит, взял свой тяжеленный нагруженный рюкзак, тяжёлую сумку со жратвой, и палатку. Сумку и палатку — в грязь, сам на колени и аккуратно, потихонечку, не спеша вытащил ногу. Сумку и палатку в руки, вперёд. Через несколько метров провалился другой ногой. Потом ещё раз. Самой моей большой ошибкой было то, что я взял сумку и палатку. Они оттягивали мне руки, ручки сумки резали ладонь. Медленно, с передышками, я пёр их и рюкзак через болота. Проклинал всё на свете, ругал на чём свет стоит этот волок, болото, жару, солнце, Карелию, весь поход, матерился изощрённо, но про себя — берёг силы. Пересёк вторую моренную гряду и увидел просвет между деревьев.
— Аштахма! — подумал я. Хрен там, третье болото. Самое противное, самое топкое и самое тяжёлое. Но при этом самое короткое. Я в нём ещё пару раз провалился чуть ли не по пояс. Навстречу вышел Сергей Борисович и забрал у меня сумки.
— Аштахма близко, вот за этим лесочком, — сказал он. Из последних сил я допёр-таки свой рюкзак. До конца волока следом за Сергеем Борисовичем, и через лес до берега Аштахмы. На этом мой волок закончился. Кто-то совершил две ходки, кто-то — три, а я всего одну. Сидел в лагере, сторожил вещи, готовил чай, поддерживал костёр... мне за это немножко стыдно. Возможно, я чуть позже схожу второй раз, там ещё пара вёсел осталась на том берегу и ещё всякого по мелочи.
Полянка, на которой мы остановились, очень напоминает родное подмосковье. Кругом берёзки и срач. Но в десятки раз больше комаров. Вода в Аштахме мутная, грязная и невкусная. Мне не нравится здесь, и я ничего здесь фотографировать не буду.

21:20 Температура 22° C, давление 755 мм.рт.ст., влажность 59%. Я рвусь идти во вторую ходку, Сергей Борисович меня ругает, что я слишком много взял в первый раз и запрещает ходить. Говорит, тахикардия начнётся, и что? Я себя чувствую виновато. Противная совесть.

Продолжение
Tags: backdate, мемуары, путешествия, фотог
Subscribe

  • Велопоездка в Дрезден

    В выходные со своим знакомым по имени Илья я доехал до Дрездена на велосипедах. Не из Праги, правда, а только из Дечина. Вид из окна поезда, где-то…

  • Велопоездка

    Сегодня ближе к вечеру поехал кататься на велосипедах с коллегой по работе Петром (он Петр, не Пётр - чешское имя). Обойдусь без излишних…

  • Как я вчера катался на велосипеде

    Поменял, значится, покрышки. Гладенькие летние асфальтовые на зимние забустенькие. Иногда у меня складывается ощущение, что я чаще меняю покрышки на…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments